Почему стоит пристёгиваться и где гулять в Воротынце

TJournal

Читатель TJ об опасном приключении.

Поделиться

В избранное

В избранном

Это истории о том, как я перевернулся в автомобиле прямо в яму глубиной два метра, пытался остановить попутку в мокрых кедах посреди Воротынца, отвечал впервые в жизни на вопрос «Ты кто по масти?», отобрал у чувашей зимние ботинки жалостью, перекрестился и назвал себя православным Львом Мартыновым. Всё это я сделал в своей поездке из Нижнего Новгорода в Казань длительностью 20 часов.

Я простой и обычный татарин. Не работаю в интересных местах, но веду блог — Переулье. Раз в три месяца катаюсь в Казань из Нижнего Новгорода и обратно, при этом пытаюсь экономить на BlaBlaCar, BeepCar, междугородних автобусах. В этом тексте я рассказал о самой чудовищной (и одновременно прекрасной) поездке. С плохими фотографиями и неуместным юмором.

Всё началось с того, что я решил сэкономить. Выбрал одну из дешёвых поездок на BlaBlaCar, несмотря на средний рейтинг водителя в 4 звезды и отдельные отзывы «ужасно» и «возмутительно». В 6 часов приехал на место: водителя нет, его телефон не отвечает, руки мёрзнут. Решил вывести на снегу известное матерное слово из трех букв. Делал это примерно час, ожидая, что машина всё-таки приедет. Думал, что я Кай, который выкладывает льдинками «вечность».

Пришлось искать другой вариант: десять минут за смартфоном — нашёл поездку на 8 часов утра. Я тогда подумал, что мне очень повезло, ждать-то всего час. Приехал, сел, сразу задремал. Проснулся от странного движения автомобиля, будто он решил меня по-матерински покачать в стороны.

Открываю глаза: задняя часть автомобиля скользит на дороге вправо. Прямо на встречную полосу — к большой и страшной фуре. «Только не фура, только не фура, что угодно, но не фура», — примерно это я повторял про себя. Бог услышал — и это было ужасно.

Машину развернуло левее, в сторону обочины. «Ну ничего, отделаемся ударом о заграждение, может, даже сможем доехать». Я наивно предполагал, что так оно и будет. Нас несло к краю дороги. Я наконец увидел, что там: обочина оканчивалась ямой глубиной порядка двух метров. Мы неслись туда — беспощадно быстро и беспощадно прямо. Полный и всеобъемлющий страх я почувствовал, когда водитель протяжно простонал одно из матерных слов.

В эти моменты я видел, как машина слегка подпрыгнула, полетела с пугающей скоростью в яму и в воздухе перевернулась. Моё тело не бросало из стороны в сторону: я висел головой вниз, но ещё не падал.

Я вжался в кресло, ухватился за ремень, зажмурился и стал трястись. Ждал ужасной боли, проломанного черепа и хруста костей. После удара секунд пять я висел на ремне и ничего не понимал. «Уф», — только это и думал. Осмотрелся — все живы.

Тут же пришла иррациональная паника. Передние и задние двери были заблокированы, пахло бензином, а я остался в небольшом замкнутом пространстве. Почему-то вспомнил перевёрнутые автомобили в GTA. Я стал бояться, что сейчас машина воспламенится и взорвётся. Понимал, что это невозможно, но я пополз к багажнику с удвоенной скоростью именно из-за этого страха.

По пути я провалился в лужу и промочил кеды до лодыжек. Вылез. Удивился, что выжил, — машина казалась раздавленной.

Мы дождались эвакуатора в кафе у Воротынца. В эти три часа я пытался выжать грязь из носков в туалете, курил, слушал от сотрудника ГИБДД постоянный смех и фразы «машину лучше сразу сдать в утиль», «как вы вообще выжили?»

Я десять раз проклял бога за летнюю обувь. Бог ответил на проклятия. Эвакуатор вместил только поломанную машину, водителя и девушку, которая каталась с нами. За меня автоматически выбрали короткую спичку в виде автостопа по галактике русских окраин.

Я стоял в мокрых кедах 40 минут. Их полностью замело снегом — стало легче. «Ну, хотя бы так. Согреюсь».

В конце-концов один дальнобойщик приопустил окно. Я сразу же спросил:

— Вы до Казани?

— До Чебоксар, залезай, жалко тебя, — у него был южный акцент. И лицо. И обстановка: в кабине лежала грязная чашка, кастрюля с засохшей кашей и насвай (нет, последнего не было).

Когда я уселся, он спросил:

— Ты кто по масти?

Вот тут я удивился окончательно. Я не знал, что ответить. Боялся, что это окончится плохо. Решил быть искренним:

— Не знаю.

— Ты ведь нерусский?

— Татарин.

— Понял.

Я сделал вид, что сплю, потому что не хотел отвечать на очередные тюремные загадки и вопросы. Но он меня раскусил.

— Спишь? Трахался всю ночь?

— Ну-у, — я не знал, комплимент это или повод изнасиловать меня, — нет.

Мы еле-еле доехали до Кугеси — посёлка возле Чебоксар. Он меня оставил возле кафе и предложил поймать другую попутку. Я собрал пальцы в кулак, вышел и поднял руку. За 30 минут остановилось 2 человека — все в другую сторону. Я почувствовал, как мои кеды замёрзли, пальцы ног потеряли чувствительность, а рука неприятно заболела.

Зашёл в кафе и купил чай в пластиковом стаканчике. Это оказалось местечко чувашей: со своей едой, характерными запахами и таким непонятным акцентом, когда слова превращаются в детский лепет.

Я попросил у них табличку, чтобы написать «Казань». Мне выдали будто бы обмоченную картонку и чёрную ручку вместо маркера. Попытались помочь. Парень написал мне «Казан», использовав всё пространство. Я его поблагодарил, согрелся и ушёл.

Ещё 40 минут я стоял на остановке — мне этого хватило, чтобы перестать верить в спасение. Ноги опять замёрзли — решил вернуться к чувашам. Они поговорили со мной, предложили поехать до Чебоксар на автобусе, оттуда пешком до вокзала, затем на поезде. Я сказал «отличная идея», а сам подумал, что мне придется стать жителем Кугеси на несколько лет.

Повар увидел мокрые кеды, попросил своего подручного принести мне новые. Я удивился такому и смутился, сначала отказывался, но потом холодная ноющая боль в стопах добавила от меня: «жду!» Попытался дать им 300 рублей — так, чтобы хватило ещё на автостоп и такси. Они отказывались и таки отказались, сколько я не предлагал. Сказали, что это подарок. Ещё предложили накормить.

Я ушёл и понял: за весь день мне помогали только фриковатые люди. Пока что южане. С новой обувью я смог постоять на дороге целый час. Автомобилей так и не было, время близилось к десяти вечера.

Приехал пустой автобус, куда я зашёл с одной женщиной. Поехали до Цивильска. Мне было без разницы, куда именно двигаться, лишь бы двигаться.

— А ты куда вообще?

— Ну, я до Казани.

— О, так отлично, я проеду мимо него после Цивильска, могу там тебя оставить. Земляк ты мой. Я татарин, но советский татарин. Конечно, зря ты автостопом пытаешься добраться, сейчас не Советский Союз. Никто тебе здесь не поможет.

Это было самое лучшее, что я слышал в своей жизни от незнакомцев.

Он меня оставил прямо за километром до границы Казани. Я решил побыть настоящим татарином и пошёл пешком, увидел табличку, пересёк черту города на своих двоих. Подумал, что дальше лучше ловить попутку.

Поднял руку — тут же остановилась машина.

— Тебе куда? — впереди сидела приличная пара лет шестидесяти.

— До любой остановки, хоть метро. Дальше на такси.

— А вообще куда едешь?

— Центр.

— О, мы тоже, — мужчина обернулся к жене и сказал: — Лен, садись назад, там у нас бутылки.

«О, алкоголь, забавно». Я сел вперёд и приготовился рассказывать всё по порядку на ожидаемый вопрос «как ты тут оказался?» Но меня спросили о другом:

— В Бога-то веришь?

После всего пережитого я всё равно не верил (и не верю) в бога, но мне было неловко разочаровывать водителя, у которого висело более трёх крестиков на зеркале заднего вида.

— Верю.

Я рассказал ему свою историю, а он в ответ начал говорить про ангела-хранителя, мощи одного святого, которые захоронены как раз недалеко от Воротынца, и прочие религиозные вещи. В этот момент я заметил, что в салоне играет церковная музыка. Понял, что сзади бутылки со святой водой.

Он рассказал, как только сегодня посетил Раифу, Свияжск и другие православно-исторические города. Он взял свою руку, сложил её для крещения и сказал:

— Сделай как я. Повторяй за мной. Во имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь. Поблагодари Бога за то, что он спас тебя. Поставь прямо сегодня свечку в церкви за это. Всего десять рублей, но поставь. Ты ведь журналист, да? Ты обязан посетить, — он назвал какое-то место, но я не запомнил, — ты сам подумай. Тебя Бог спас. Наша задача грехи свои искупить. Бог есть — это все знают. Он говорил это всю дорогу, а я поддакивал. Чтобы не разочаровывать водителя, я назвал себя крещённым православным, пообещал поставить свечку и представился как Лев Мартынов. И покрестился вслед за ним.

Я снова вспомнил, кто мне сегодня помогал: не какие-то молодые русские, а старые, верующие или выходцы со Средней Азии. Это меня позабавило. Отдал этой православной семье 300 рублей, доехал до дома на такси и сказал матери, что случайно наступил в лужу. Добавил, что мне дали обувь в автобусе добрые люди. Об аварии, автостопе и путешествии в 20 часов я умолчал.

— Видишь, как удивительно, что тебе помогли. У тебя точно есть ангел-хранитель.

— Ага.

Какую мораль можно вывести? Не катайтесь в метели, носите обувь по сезону и пристёгивайтесь ремнями безопасности. Ну и самое главное: если вы оказались в Воротынце или посёлке Кугеси без автомобиля, шансы выжить стремительно падают.

#истории #юмор