Алексей Панферов: «Маркетплейс — это новый уровень финдоступности»

FinParty
Алексей Панферов: «Маркетплейс — это новый уровень финдоступности»

28 июня на форуме FinWin состоялась сессия, посвященная прототипу маркетплейса — совместной разработке Банка России и участников финансового рынка. Модератором выступил заместитель председателя правления Совкомбанка Алексей Панферов.

Вся тематика форума так или иначе была связана с маркетплейсами и цифровыми экосистемами. Участники мероприятия делились личным опытом со сцены, плотно общались в кулуарах. Сессия, посвященная ходу тестирования маркетплейса, привлекла к себе особое внимание, так как данный проект может отразиться на всем финансовом рынке.

Как заметила советник первого заместителя председателя Банка России Елена Чайковская, конкуренция на рынке — «вторая мантра регулятора после цели по инфляции в 4%». Банки перестали просто выдавать кредиты и привлекать вклады, они предлагают клиентам более широкие продуктовые линейки. Но небольшим финансовым институтам по-прежнему трудно пробиться к потребителям даже с уникальными предложениями. Маркетплейс призван устранить этот барьер.

Елена Чайковская

Елена Чайковская

В мае работа над прототипом новой системы была завершена. На форуме участники проекта рассказали о ходе тестирования, поделились планами на будущее. То, что тема горячая, стало понятно по количеству вопросов из зала. Из-за жесткого лимита времени отвечать на многие из них спикеры отправились в welcome-зону. А мы меж тем побеседовали с Алексеем Панферовым о самом макретплейсе и о вкладе Совкомбанка в его создание.

— Почему банк посчитал важным участвовать в этом проекте?

— На это есть несколько причин. Первую можно обозначить как «меняйся или проиграешь». Идти против трендов — это как пытаться перекрыть горную реку: преграда, может быть, и продержится какое-то время, но в итоге рухнет с катастрофическими последствиями.

Вторая причина — фора по времени. Конечно, в данном случае поведение потребителей меняется не так быстро, как кажется на первый взгляд. Это видно по западным аналогам создаваемого нами маркетплейса. Скажем, в Германии есть два примера технологических решений, которые работают как онлайн-супермаркеты по размещению вкладов. За пять лет они вышли на уровень охвата 0,5% всех депозитов в стране. То есть 99,5% — это по-прежнему прямые обращения в банк. Ландшафт рынка в России в ближайшие десять лет тоже вряд ли сильно изменится, но мы хотим дать себе дополнительное время на подготовку.

Алексей Панферов

Алексей Панферов

Третья причина — привлечение новых средств клиентов. Все мы знаем, как в России обстоят дела с финансовой грамотностью, какие суммы держатся «под подушкой». Механизм маркетплейса сделает рынок более диверсифицированным, обеспечит ему дополнительные денежные притоки. То есть мы боремся не за то, чтобы друг у друга что-то оттяпать, а за то, чтобы потребитель лучше разобрался в деталях финансового продукта и покупал их через удобную инфраструктуру. И тогда увеличение объемов продаж компенсирует падение маржинальности каждому участнику процесса.

Еще одна важная причина — это кросс-продажи. На «полки» маркетплейса рядом с банковскими предложениями можно положить все что угодно. Сейчас в онлайне люди покупают достаточно дорогие вещи, которые требуют использования дополнительных финансовых опций — например, кредита или той же страховки. Кстати, по объемам продаж страховых продуктов банки уже обогнали самих страховщиков, то есть мы постепенно уходим от монопредложений к комплексным решениям.

— Вы привели в пример Германию как технологически передовую страну. У вас нет ощущения, что в России сейчас все движется гораздо быстрее, чем в Европе?

— Скорость изменений у нас действительно выше, но технологически мы пока еще отстаем. Я сам это «пощупал руками», когда один из фондов под управлением компании NRG, где я работал, пробовал купить Fidor Bank, входящий в число наиболее инновационных банков Германии. От идеи мы в итоге отказались, потому что поняли — из-за немецких жестких требований по рискам вложения будут окупаться слишком долго.

Отсутствие технологий — это скорее про Италию. Я провожу в ней много времени и тоже знаю, о чем говорю. Отделения банков там могут располагаться в самых неожиданных местах, например в городе Лукка одно из них находится в главном местном храме — соборе Святого Мартина. Записываешься к своему банкиру как к Папе Римскому примерно. Потом дрожишь — соизволит ли он тебя принять в часы работы с клиентами: три раза в неделю с 9:00 до 11:00. А уходишь из банка крайне счастливый уже оттого, что тебя выслушали, пусть даже и не решили проблему. А такое часто бывает. В онлайне в Италии ничего не происходит, переводы зачисляются на пятый день… Вот это точно каменный век. Хотя сейчас и там технологические сдвиги все же есть.

— Давайте вернемся к нашим технологическим сдвигам. Какой принцип работы нового маркетплейса?

— Все очень просто. Есть четыре основных его звена — финансовая компания, платформа, витрина и регистратор транзакций. Платформа — центральная часть системы, ее «движок». Сейчас эту функцию выполняет Московская биржа, но в проекте закладывается возможность альтернативы.

К платформе «цепляются» участники рынка: с одной стороны — банки и компании, генерирующие услуги, с другой — витрины, то есть интернет-порталы, которые размещают финансовые продукты на своих «полках» и взаимодействуют с потребителями. Фактически витринами становятся сегодняшние лидогенераторы — они получают возможность проводить сделку полного цикла вместо переадресации клиента на сайт финансовой компании.

В обязанности четвертого участника, регистратора финансовых транзакций, входит создание архива операций, проведенных в рамках маркетплейса. В конечном итоге занесение этой информации в единую базу данных будет способствовать доверию потребителей к системе в целом. Вот и весь механизм.

Елена Чайковская, Роман Халанский (Банки.ру), Алексей Панферов

Елена Чайковская, Роман Халанский (Банки.ру), Алексей Панферов

— Один из важных участников процесса, который, собственно, инициировал создание маркетплейса — Центробанк. Как вам работается с этой большой, непростой государственной структурой?

— Все познается в сравнении. Мы с коллегами, тоже имеющими опыт работы за рубежом, часто сходимся во мнении, что наш ЦБ куда более продвинут, чем целый ряд европейских банковских регуляторов. Там можно встретиться с куда более высоким уровнем бюрократизма и консерватизма, что объясняется сложностью финансового сектора.

Нужно также учитывать, что мы совсем недавно начали — у нас относительно молодая экономика. С одной стороны, еще мало на что можно опираться, но с другой — над российским регулятором не довлеет традиционно-консервативный подход, который в Европе формировался даже не десятилетиями, а столетиями. Послушайте публичные выступления представителей Банка России — насколько глубоко они понимают международную практику и оценивают ситуацию… А ведь они лидеры своих направлений внутри ЦБ, значит, их позиция транслируется на все уровни сотрудников.

Недавно по инициативе Банка России был создана ассоциация «Финтех», потому что регулятор понимает, что многие вопросы нужно обсуждать с участниками рынка. Это классное решение, и я не могу припомнить страну, где еще есть такой креативный механизм разработки и внедрения цифровых технологий.

Алексей Панферов

— Назовите главные надежды и опасения, связанные с маркетплейсом.

— Самые большие надежды — на расширение продуктовой линейки и увеличение числа клиентов, заинтересованных в финансовых услугах. То есть на рост рынка вширь и вверх, правда при сужающейся марже. С последним как раз и связаны наибольшие опасения. Вторая фобия — это потеря лояльных клиентов, завязанных только на твоем банке. Попадая в обезличенное рыночное пространство, вы легко можете менять одного провайдера финансовых услуг на другого.

— Когда планируется запустить проект?

— Пока есть только очень примерные сроки, потому что нас держат три вещи. Первая — это оценка рыночной востребованности маркетплейса и готовности клиентов к переходу на иной уровень дистанционного обслуживания. Но это то, что сложно точно просчитать до момента запуска «боевой» версии проекта… Второй вопрос — готовность технологий: внутри маркетплейса нужно соединить все передовые финансовые разработки — от удаленной идентификации до системы быстрых платежей. Третий момент — нормативная база. Естественно, проект такого масштаба не может полноценно стартовать без внесения изменений в целый ряд законов и подзаконных актов.

Также необходимо выработать единые правила игры для витрин — в части лицензирования, защиты прав потребителей, работы в критических ситуациях. Ведь присоединение к проекту — это прежде всего большая ответственность перед клиентами и партнерами — банками и финансовыми компаниями.